ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ Т.Н. ЕМЕЛЬЯНОВОЙ (к 85-летию со дня начала Великой Отечественной войны)

Т.Н. Емельянова.  ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 31.
Воспоминания Т.Н. Емельяновой. Рукопись в переплете. ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 24. Л.210
Воспоминания Т.Н. Емельяновой. Рукопись в переплете. ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 24. Л. 210об.-211.
Воспоминания Т.Н. Емельяновой. Рукопись в переплете. ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 24. Л. 211об.-212.
Воспоминания Т.Н. Емельяновой. Рукопись в переплете. ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 24. Л. 212об.-213.
Воспоминания Т.Н. Емельяновой. Рукопись в переплете. ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 24. Л. 213об.-214.
Воспоминания Т.Н. Емельяновой. Рукопись в переплете. ГАТО. Ф. Р-5345. Оп. 2. Д. 24. Л. 214об.-215.

  К 85-летию со дня начала Великой Отечественной войны мы открываем страницы истории нашего края через воспоминания тамбовской художницы, певицы, пианистки и педагога Таисии Николаевны Емельяновой. В её тетради с воспоминаниями запечатлены первые, самые тяжёлые и неопределённые месяцы Великой Отечественной войны в Тамбове:

  «22 июня была объявлена война с Германией. Я как-то не придала этому значения. Мне казалось, это быстро кончится. Какая война? Месяц, два – и всё встанет на свои места. На площади я встретила Лошакова (старый полковник), он ходил рисовать к нам в студию. Это старый, опытный вояка. Он рассказывал о своих походах на Памире и о многом другом. Я его спросила: «Наверное, это будет ненадолго? Как вы думаете?» – «Нет. По всей видимости, это затянется надолго!». А я подумала: откуда ему знать?

  Серёжа [близкий друг] имел бронь от театра, но ему пришла повестка явиться в военкомат. Его взяли на фронт. Я провожала его. Какое это страшное зрелище – проводы на фронт! На сборный пункт собралась масса народа. Провожающие приехали из сёл целыми семьями. Из сборного пункта отправляли вечером, когда было уже темно. Толпа новобранцев вышла из ворот. Народ кинулся к этой колонне, отыскивая своего! Всё смешалось. Шли быстро, боясь отстать! Пыль с дороги поднялась в воздух, который оглашался плачем, криками, выкриками и руганью пьяных. Играли на гармошках в разных сторонах, и разные песни. Прошли под ж-дорожный [железнодорожный] мост к товарной станции. Скомандовали: «Прощайтесь!». Все звуки усилились. Стоял вой! В шуме не слышно было команды, только видно было, как женщины с плачем цеплялись за уходящих мужчин. Толпа плыла в ворота, и вот ворота закрылись. Многие сидели на земле у ворот и на дороге, в стенаниях, не в силах подняться… На душе было тяжело. Серёжа плакал, и я тоже, мне было жаль его. На прощание он сказал: «Тося, жди меня! Я вернусь!» …

  «7 июля…на привокзальной площади сгрудились тысячи и тысячи людей, разобрать ничего нельзя. Кто, куда, и как. Наконец на платформах в разных направлениях начали отправлять народ. Настроение у всех было – лишь бы уехать!..

  Меня вызвали в Котовск. Музшкола закрыта. ДК занимают под госпиталь. Я осталась безработной. В отделе искусств мне сказали: «Мы все в таком положении!»… А вскоре я узнала, что меня перевели в [Тамбовское] музучилище… меня включили в концертную бригаду по обслуживанию госпиталей и воинских частей…

В саду вырыли бомбоубежище.

  Папа пришёл от тёти Любы, там он увидел, как эвакуированная семья жила в сенях у соседки т. Любы. Посоветовавшись с мамой, папа привёл эту семью – Анна Петровна и трое детей, самый младший Вовка четырёх лет и две девочки. Отдали им нашу столовую, дали что-то постелить на постели, и они стали жить у нас…

  Очень быстро начали обесцениваться деньги…

  Наступило голодное время. Хлеб был с соломой или полынью. Есть было невозможно. У мамы… хранились забытые сухари, покрывшиеся паутиной, их мы ели с удовольствием. Но и они вскоре кончились. Хлеб выдавали очень небольшой порцией…

 11 октября немцы взяли Курск.

  Уроки шли нормально. Как-то днём началась бомбёжка… Я прибежала домой. Бомба… упала через дорогу от нас в огород. Стёкла у нас выбиты. Болтались наклеенные бумажки, рама повисла на мольберте. Полетели на пол и разбились вазы…

  Тут вскоре меня послали на курсы группы самозащиты МПВО [местной противовоздушной обороны]. После работы по вечерам я ходила на эти занятия. На улицах было темно, грязно, и шёл дождь. Возвращалась я в 11 [часов] вечера. Прохожие наталкивались друг на друга в темноте. Домой придёшь – холодно, не говоря уже о голоде…Дома топить было нечем… присылали военных на житьё…

  Когда я ходила на концерты в госпитали и видела там несчастных, изуродованных на войне, я не могла петь: меня душили слёзы, сжималось горло. Очень трудно было превозмочь себя. Ездили с бригадой в Котовск. Концерт был в ДК, в госпитале. Фойе было занято: стояли кровати с ранеными. Мы ночевали на столах. Нам дали по буханке хлеба и по 70 рублей. Для дома это была большая радость…»

  Воспоминания Т.Н. Емельяновой – это бесценный первоисточник, который позволяет нам увидеть войну без прикрас, глазами человека искусства. Сегодня эти материалы хранятся в Государственном архиве Тамбовской области, они входят в состав личного фонда сестры Таисии Николаевны – музыковеда, композитора и члена Союза композиторов СССР Н.Н. Емельяновой.

Ранее мы уже писали о жизненном и творческом пути
Т.Н. Емельяновой – с этой публикацией можно ознакомиться здесь.

Материал подготовила: О. Дутова

Решаем вместе
Знаете, как улучшить работу учреждений культуры? Напишите — решим!
Каждый гражданин имеет право на получение квалифицированной юридической помощи
Служба по контракту